i=493
1213 - 1214 - 1215 - 1216 - 1217 - 1218 - 1219 - 1220 - 1221 - 1222 - 1223 - 1224 - 1225 - 1226 - 1227 - 1228 - 1229 - 1230 - 1231 - 1232 - 1233 - 1234 - 1235 - 1236 - 1237 - 1238 - 1239 - 1240 - 1241 - 1242 - 1243 - 1244 - 1245 - 1246 - 1247 - 1248 - 1249 - 1250 - 1251 - 1252 - 1253 - 1254 - 1255 - 1256 - 1257 - 1258 - 1259 - 1260 - 1261 - 1262 - 1263 - 1264 - 1265 - 1266 - 1267 - 1268 - 1269 - 1270 - 1271 - 1272 - 1273 - 1274 - 1275 - 1276 - 1277 - 1278 - 1279 - 1280 - 1281 - 1282 - 1283 - 1284 - 1285 - 1286 - 1287 - 1288 - 1289 - 1290 - 1291 - 1292 - 1293 - 1294 - 1295 - 1296 - 1297 - 1298 - 1299 - 1300 - 1301 - 1302 - 1303 - 1304 - 1305 - 1306 - 1307 - 1308 - 1309 - 1310 - 1311 - 1312 - 1313 - 1314 - 1315 - 1316 - 1317 - 1318 - 1319 - 1320 - 1321 - 1322 - 1323 - 1324 - 1325 - 1326 - 1327 - 1328 - 1329 - 1330 - 1331 - 1332 - 1333 - 1334 - 1335 - 1336 - 1337 - 1338 - 1339 - 1340 - 1341 - 1342 - 1343 - 1344 - 1345 - 1346 - 1347 - 1348 - 1349 - 1350 - 1351 - 1352 - 1353 - 1354 - 1355 - 1356 - 1357 - 1358 - 1359 - 1360 - 1361 - 1362
О писателях–фронтовиках


Литература и война... На эту тему писано и говорено много, особенно близка она белорусской литературе, знаковые произведения которой в ХХ веке были написаны именно о войне. Поколение писателей-фронтовиков... Поколение погибших и немногих выживших... Наши литераторы творили и в то трагическое время. Одни писали в перерывах между боями, в истрепанных тетрадках, на обрывках бумаги... Другие — в эвакуации, в кабинетах... Одни гибли, и их рукописи исчезали навсегда. Другие выступали на радио и в газетах, вселяя надежду на победу, их произведения вошли в хрестоматии и антологии. Все в конечном счете делали одно дело, каждый в силу своего таланта.


Белорусских литераторов кровавый вихрь войны разбросал кого куда. Документы Национального архива Беларуси, которые будут цитироваться ниже, относятся к 1942 — 43 годам. Это было время, когда Беларусь находилась под фашистской оккупацией. Но время первой растерянности прошло, на захваченной территории велась организованная борьба — и оружием, и словом. И белорусские писатели стремились принять в ней участие.


20 февраля 1942 года в Главное Политическое Управление РККА было направлено письмо, подписанное Секретарем Президиума Союза советских писателей (ССП) СССР Александром Фадеевым и Председателем Военной Комиссии ССП П.Павленко:


«Президиум и Военная Комиссия ССП ходатайствуют о переводе на работу в белорусскую печать тов. Кулешова Аркадия Васильевича (не будем судить строго авторов письма за неточность, отца поэта звали Александр. — Авт.), белорусского поэта и члена ССП, в настоящее время работающего в редакции газеты «Знамя Советов».


«Знамя Советов» — это фронтовая газета. Хотя копии письма получили также секретарь ЦК КП(б)Б П.Пономаренко и руководитель Союза писателей БССР М.Лыньков, но просьбу поэта уважили не сразу. 1 октября 1942 года он отправил письмо на имя секретаря ЦК КП(б)Б Т.Горбунова:


«Дарагi Цiмафей Сазонавiч!


Я рашыў звярнуцца да вас з пiсьмом. Справа вось у чым: я некалькi раз пiсаў таварышам у Маскву аб тым, што маё жаданне працаваць разам з усiмi ў беларускiм друку можа быць хутка ажыццявiцца, калi будзе паслана паперка ад вашага iмя на адраз начальнiка палiтупраўлення С.З.Ф. (Северо–Западного фронта. — Авт.)[...]


Я цяпер працую над вялiкай паэмай «Сцяг брыгады» аб Айчыннай вайне. Напiсана ўжо больш за тысячу радкоў. Мне цяпер неабходна пабыць у Маскве, каб мець магчымасць рэалiзаваць паэму ў рускiм i беларускiм друку, бо работа над паэмай наблiжаецца да канца. Спадзяюся, што Вы гэтую магчымасць мне прадаставiце — выклiчыце мяне дзён на 15 — 20 у Маскву. Аб гэтым я пiшу т. Лынькову больш падрабязна i я думаю, што вы разам з iм вырашыце гэта пытанне».


В 1943 году и до победы Аркадий Кулешов работал в Белорусском штабе партизанского движения. За поэму «Сцяг брыгады», опубликованную в 1943 году в Москве, после войны получил Сталинскую премию.


С началом войны критик Алесь Кучар, имевший до войны весьма сложную репутацию, попадает на работу в качестве газетчика. 15 апреля 1943 года он отправляет письмо секретарю ЦК КП(б)Б П.Пономаренко.


«Дорогой Пантелеймон Кондратьевич!


Вот уже 3 месяца, как я работаю в армейской газете Северо–Западного фронта «Мужество». Писать по–русски мне трудно, хотел бы вновь работать на белорусском языке.


Прошу, если возможно, взять меня с собой на фронт или отозвать работать в прессе для партизан».


Алесь Кучар благополучно пережил войну, в 1958 году он в соавторстве с Аркадием Кулешовым написал сценарий фильма «Красные листья». Занимал ответственные должности в редакциях и издательствах.


Письмо, которое пришло на имя Тимофея Горбунова 1 февраля 1943 года из г. Мари Туркменской ССР, было куда более объемным — мелким почерком на четырех страницах, и куда более напористым. Его автор, белорусский писатель Константин Титов, служил командиром эскадрона, был ранен, попал в тыл... Но, как и коллеги по литераторскому цеху, рвался на Беларусь. В своем письме он упрекал Тимофея Горбунова, что тот ничего не сделал, чтобы Титова перенаправили «з глыбокага тылу ў распараджэнне ЦК для работы ў партызанаў па Вашых заданнях. (Як Вам вядома, я стрэлаў не баюся i да ваенных абставiн прывык.) Ну, яшчэ настойваў Чавускi, каб я пайшоў працаваць у «Раздавiм фашысцкую гадзiну». Ён пра гэта Вам гаварыў, па яго словах, не аднойчы.


Падумайце самi i ўявiце беларуса, якi заехаў некуды к чорту на кулiчкi ў Туркестан, адарваўся ад усяго блiзкага i дарагога да чаго прывык за многа год. I вось гэты чалавек[...]марыць, як яму пад’ехаць да роднай Беларусi. Там ён пакiнуў у руках ворага самы найлепшы з сваiх твораў — сына[...] Гэты чалавек камунiст i сваёй працай на фронце заслужыў давер’е[...] Хiба беларусы перасталi любiць вершы пра сваю краiну, што гэтага паэта загналi так далёка ад блiзкiх сэрцу долаў i сказалi: «Кiнь пiсаць! Нам не трэба вершаплётаў. Мы прызначаем цябе на новую пасаду: рабi боты?»


Автор многословного письма дистанцирует себя от тех писателей, которые сидят «...у фешенебальных пакоях гасцiнiцы «Масква», лiчаць сябе франтавiком, атрымоўваюць павышэннi, толькi лiчацца ў спiску працаўнiкоў франтавой газеты...» Обижается Константин Титов и на Михася Лынькова. По словам Титова, ему рассказали в анонимном письме, что Лыньков «паспеў ужо нашкодзiць мне ў гэтай справе[...]ён толькi i баяўся шкодзiць Александровiчам i iншым, бо, мабыць, знаходзiў у iх дзе–якi талент i спрабаваў уласна выдаваць плеяду беларускiх класiкаў, якiя пiсалi б «чалавекаў у штонiках», «... шчупакоў» i iншых невядомых нам абарыгенаў. Судзiце самi, якiх вышынь дасягнула б беларуская лiтаратура, калi б гэта было зроблена! (Дарэчы, кажуць, што хтосьцi вельмi жадае атрымаць сталiнскую прэмiю, да яшчэ першай ступенi, за твор пра адзiн вельмi даўгi адрэзак часу франтавога жыцця, пражытага ва франтавым пакоi гасцiнiцы «Масква»?)»


Как видим, война не мешает привычным писательским склокам. Уточним, что Андрей Александрович, упомянутый в письме, до войны был крупным функционером от литературы, заместителем председателя правления СП БССР. В 1938 году был репрессирован и в то время, как Титов писал свое письмо, отбывал свой срок на Крайнем Севере, строя Норильский металлургический комбинат.


Константин Титов был награжден орденами и медалями, после войны жил в Минске. Находился на творческой работе, дожил до 1972 года, издал много сборников...


Писал на имя Т.Горбунова и Кастусь Киреенко. Он был на фронте с первых дней войны. В 1940 году окончил литературный факультет Гомельского педагогического института, но в школе в качестве учителя успел поработать только несколько месяцев — призвали в Красную Армию. Воевал башенным стрелком танка, потом работал в газете «За советскую Родину». Не забывал и о творчестве. Хотя «умовы працы на фронце даволi цяжкiя. Цяжкiя не толькi таму, што гэта фронт, перадавая лiнiя, яшчэ i таму, што з беларусаў–паэтаў тут я толькi адзiн. Нi беларускага слова, нi весткi аб Беларусi нiдзе пачуць нельга. Зусiм зразумела, што на сваiм месцы я змог бы зрабiць для роднай краiны больш карыснага, чым тут.


Вось таму я i прашу Вас: калi можна, зрабiце ласку, дапамажыце мне папасцi да беларусаў. Цi супрацоўнiкам газеты, цi працаўнiком якога–небудзь аддзела, цi хадаком у тыл немцаў — згодны на ўсё, толькi б мець магчымасць працаваць для Беларусi i разам з ёй».


Возможность работать для Беларуси представилась. Кастусь Киреенко был корреспондентом армейской газеты на Западном и 2–м Белорусском фронтах. Демобилизовался в 1945–м. Он автор десятков книг, лауреат Государственной премии.


В июне 1942 года Т.Горбунову написал и Роман Соболенко:


«Нядаўна я выпадкова сустрэўся з работнiкамi рэдакцыi «За свабодную Беларусь». Яны мне паведамiлi, што ЦК КП(б)Б падбiрае газетных i мне вельмi б хацелася трапiць працаваць у якую небудзь з беларускiх газет[...] Тым больш, што ў армii я выкарыстоўваюся далёка немэтазгодна — працую ў Дарожна–эксплаатацыйным батальёне ў якасцi зам. камроты[...] Стаж газетнага работнiка ў мяне больш за 10 год. Апошнi час перад вайной працаваў у «Гомельскай праўдзе».


Тут тоже нужны пояснения. До войны Роман Соболенко испытал на себе репрессии, дважды арестовывался — в 1933 и 1937 годах, однако дела закрывались. Арестовали его и во время войны, и 3 июля 1942 года, как видите, вскоре после обращения к Т.Горбунову он был осужден на 10 лет лишения свободы. Однако приговор отменили из–за отсутствия состава преступления. Роман Соболенко был направлен в армию, воевал на 2–м Прибалтийском и на Калининском фронтах, награжден орденами и медалями, издавал книги...


Процитированные выше письма были написаны литераторами разной судьбы... Но объединяет их одно: любовь к Беларуси, тоска по белорусскому слову. В экстремальных обстоятельствах человек начинает ценить самое дорогое. Прислушаемся же к строкам писателей–фронтовиков, чтобы их белорусский патриотизм отозвался и в нас.



Комментарии: (0)   Рейтинг: