Группа «Кассиопея» презентовала свой новый альбом с одноименным названием


Надо сказать, что состав группы «Кассиопея» сложился в свое время отнюдь не из случайных людей. Все три участника коллектива существуют в белорусской неформальной музыке уже давно и в разное время добивались популярности в рамках других проектов. Александр Либерзон известен любителям неформатной музыки со стажем по феерическому проекту начала 90–х «Распилил и выбросил». Вокалист Илья Черепко попутно с «Кассиопеей» является лидером постпанк–формации «Петля пристрастия». А соло–гитарист Сергей Соколов известен по своей работе в группе «Чоки», выступавшей еще в эпохальном для минских неформалов клубе «Резервация».


Известно, что музыкантов взяли на заметку и стали серьезно продвигать в России. Собственно, презентуемый альбом был выпущен в Москве московской компанией «Снегири», которая наряду с белорусским продюсером Александром Богдановым занимается концертной деятельностью группы. В ближайших планах музыкантов — выступление на фестивале «Стереолето» и не перед кем–нибудь, а перед самим Ником Кейвом.


Презентация проходила в небольшом уютном минском клубе. После некоторого опоздания, которое было рассчитано на то, чтобы подогреть зрительский интерес, музыканты вышли на сцену.


Я часто задавался вопросом: что нужно для того, чтобы завоевать симпатии аудитории еще до того, как ты начал играть? Правильно — надеть такой концертный костюм, который зритель никогда не забудет. Об этом, очевидно, помнили участники коллектива — все музыканты были облачены в ретрофутуристические костюмы химзащиты с антенно–щупальцами, выдержанные в стилистике старинного американского (советского) научно–фантастического кино (к чему, кстати, обязывало и название «Кассиопея»). Тема костюмов получила логическое развитие в первой композиции (одной из самых ярких в программе), которая называлась «Щупальца».


Сразу стало понятно: группу можно было бы определить как синти–поп, электро–клэш или найти еще какое–нибудь настолько же безжизненное определение, если бы не главный энергетический компонент — ритм–гитара и вокал Ильи Черепко. Илья пронзительно (во всех отношениях) пел, не забывая так яростно бить по струнам, что звучание коллектива заметно «утяжелилось». Программа оказалась довольно насыщенной. При том что группа в музыкальном плане сознательно ограничила себя электронными барабанами, клавишами, яростной ритм– и уместной соло–гитарой, тексты отражали широкий диапазон идей и переживаний. При общем тяготении к здоровому абсурду тут были и романтическая «Чингачгук любви», и адюльтерная «Письмо другу», и «Неинтересная женщина» со смутно цоевским припевом «По имени Смерть», и озорная (правда, с ироническим «перебором») песня «Воробушки», и захватывающий «Кинжал». Объединяло эти песни то, что они представляли собой занимательные истории об интересных людях. О которых мы поговорим чуть позже...


Публика просила бис, что дало группе возможность оформить выступление совершенно классическим образом. То есть повторить первую песню «Щупальца», своеобразно обрамив выступление.


Теперь о природе лирического героя «Кассиопеи». Понятно, что абсурд, начиная еще с Николая Гоголя, а также классиков жанра Хармса и Беккета, рассматривает природу маленького человека, существующего в собственном крошечном мире, полном самых диковинных фантазий. Ту же тему, в сущности, рассматривает и «Кассиопея». Просто человек — это еще меньше. Это крошечное беззащитное существо, которое с наивной угрозой в голосе заявляет, что он «Чингачгук любви» и поэтому «трудно меня не любить». Или проводит вечера в трогательном и безвредном ожидании соседа, который должен к нему заглянуть с пластинкой Окуджавы. И здесь нельзя не отметить одно необходимое и существенное совпадение. Это то, как забавная (но формально выверенная) белиберда текстов сочетается с подростковым трогательным вокалом Ильи Черепко. Это совпадение придает выступлению группы, помимо музыкального и эстетического, самое необходимое — человеческое измерение.


Которое слушатель всегда очень и очень ценит.



Комментарии: (0)   Рейтинг: